Чем больше я читаю белорусскую поэзию, которую теперь переводят на шведский, тем отраднее мне, что проводятся эти дни -- Дни шведской и белорусской литературы в Минске. Ведь белорусская литература так напоминает шведскую, она чем-то сродни раннему шведскому поэтическому модернизму. Я сразу слышу, как много здесь знакомых нот, как много тем для дискуссии!

Увлечение темой природы -- вот что отличает всех белорусских поэтов, участников этой встречи, за исключением, может быть, Ирины Турович, которая следует иной модернистской традиции, так же богато представленной в Швеции: это -- абсурдизм и сюрреализм с женскими чертами.

Однако вернемся к природе. Она предстает перед нами как одна большая метафора одиночества, счастья и любви в образе, столь понятном скандинавам. Временами она принимает сугубо метафизические формы и становится обоснованием и доказательством существования непостижимого внутри нас самих, свидетельствуя, что в нас существует что-то непосильное и неподвластное нашему пониманию, и потому оставляет за собой право созерцать и наблюдать нас, точно так же, как сама природа созерцает поэта в произведении шведского стихотворца Гуннара Экелефа или, как пишет белорусский поэт Алесь Рязанов:

I толькi iмчыць кудысьцi месяца сiнi Човен, а ў iм сядзяць сiнiя людзi.

Хочу воспользоваться предоставленным случаем и поблагодарить организаторов этой встречи, в первую очередь, Эльсу Хостад, Кристоффера Леандоера и Карлоса Шермана, Шведский институт за финансовую поддержку, а также всех переводчиков, без чьего труда мы не смогли бы провести эту встречу.

Юхан Эберг советник по культуре Посольства Швеции в Москве.

да вокладкi

змест

reload

4 + 4 + 4. Svenska Institutet, 1999.

МIнск, 1999.  Да праэктаў «Новага Горада»: